«Наши мундиры давно износились…» — так называлась июльская публикация в «Зори Плюс» о военнопленных австро-венгерской армии, находившихся в годы Первой мировой войны 1914-1918 гг. в Добрянке. И вот продолжение темы.

Как оказалось, география мест размещения пленных выходила далеко за рамки Добрянки. Об этом свидетельствуют  документы Государственного архива Пермского края.

На вспомогательных работах

Понятно, что большинство пленных было сосредоточено на двух наших металлургических заводах. По сведениям на 9 сентября 1917 года, на Добрянском заводе графа С.А. Строганова числилось 446 военнопленных, на Полазненском князя С.С. Абамалек-Лазарева – 282.

В массе своей это были рядовые разных национальностей (немцы, австрийцы, венгры, чехи, словаки, поляки, румыны), но не только. Согласно сообщению исполнявшего обязанности управляющего Добрянским заводом Ивана Тунёва от 9 июня 1917 года, «на работах в Добрянском заводе и округе» находилось 6 старших унтер-офицеров и 13 младших. Среди них 11 чехов, шесть поляков, один словак и один «австриец-немец».

Почти все они были заняты на вспомогательных заводских работах, в том числе на заготовке для заводов лесных припасов и на различных погрузочно-разгрузочных работах. Военнопленные в значительной степени восполняли дефицит рабочей силы, созданный мобилизациями 1914-1917 годов. К осени 1917 года на предприятиях Пермской губернии работали 62 тысячи военнопленных!

Беглецы

В 1917 году не раз отмечались случаи бегства с заводских работ. С одной стороны этому способствовало отсутствие сколько-нибудь серьёзной охраны, а с другой – хаос охвативший Россию после февральской революции.

Так, 12 июня «из казармы в Добрянском заводе» бежал военнопленный австрийской армии Франц Брант. «Народность чех, росту среднего, волосы, брови русые, 33 лет, плохо говорит по-русски», — сообщалось в документах. По данным заводоуправления, родом он был «из Богемии, город Рокицаны, селения Радниц». Там же проживала его мать Мария Шкода. В Добрянку Брант «был отпущен» из 1-го Омского концентрационного лагеря. Название выглядит пугающе, но по тем временам это было всего лишь место сбора (концентрации) военнопленных, которых потом отправляли по заявкам с мест.

Поскольку раньше с обилием иностранцев, да ещё и самых разных национальностей, жители Прикамья не сталкивались, их имена и фамилии в заводских или полицейских документах выглядели порой нелепо.

15 июня, к примеру, по сообщению Пермского уездного воинского начальника «с работ Полазненского завода» бежали бывшие нижние чины австро-венгерской армии «Какаша Дабнем, среднего роста, черный и Феркаш Аладор среднего роста, русый». В сообщении содержалась просьба к начальнику Пермской городской милиции принять необходимые «меры к розыску вышеозначенных военнопленных».

В тех же числах, с разницей в несколько дней, бежали с лесного склада кн. Абамалек-Лазарева военнопленные Стефан Юрчак и Тамош Лазавар.

Местные правоохранители по мере сил беглецов отлавливали. Как следует из докладной начальника милиции Добрянского завода от 30 июня 1917 года, в этот день на камской пристани были задержаны «двое австрийских военнопленных». «Мадьяры, как говорящие плохо на российском наречии, не могли объяснить откудов они бежат, но лишь назвали себя. 1-й Петте Антон, 2-й Кувиш Лавишь», — сообщалось в документе. Задержанные были препровождены для разбирательства из Добрянки в Пермь.

По неосторожности и не только

Условия, в которых находились военнопленные, были непростыми. Как следует из донесений с мест, многие из них страдали от туберкулёза и инфекций. Об этом свидетельствовало, в частности, письмо от земского врача Добрянского участка М. Миславской в Добрянскую заводскую контору, в котором сообщалось о поступлении 4 мая в Перемскую земскую больницу «в весьма тяжелом состоянии» военнопленного Егана Богдана. По прошествии получаса он скончался в приёмном покое от «сильно выраженного туберкулеза легких». Там, на Перемском кладбище, он и был предан земле.

От этой же напасти страдал отправленный для работы в Усть-Гаревую военнопленный Йозеф Манн. «Нужно освободить его от работы, так как он болен туберкулезом легких 2 степени и работать ему трудно», — писал в медицинской справке председателю волостной продовольственной управы сельский фельдшер. В свою очередь управа просила уездное руководство взамен возвращённого в Пермь больного Манна «с сим же милиционером» оправить в село здорового рабочего.

От чахотки умирали и военнопленные, находившиеся в Полазне. 1 июня 1916 года от неё скончался 26-летний австрийский подданный Антон Майл, а 1 июня 1917 года его соотечественник, 30-летний Габор Гайду.

При работах на Полазненском заводе отмечались и факты гибели в результате несчастных случаев. Так, 15 февраля 1917 года при ведении лесозаготовок «по неосторожности убился деревом» 34-летний Янош Хорняк. Не прошло месяца с этой трагедии, как приключилась ещё одна. 12 марта, упав с крыши, погиб 22-летний Мигаль Помози.

Награды, деньги и холщёвый мешок

Как можно понять из документов, взаимоотношения местного населения и заводских контор с военнопленными были в целом человеческими. Пример тому, отношение к памяти трудившегося «на лесорубочных работах» в Добрянском округе уже известного нам 35-летнего Богдана Егана.

Как сообщала Добрянская заводская контора Пермскому уездному воинскому начальнику, после его кончины все «знаки отличия», включая бронзовую медаль «За храбрость» и бронзовый крест 3-й степени в память мобилизации 1912 и 1913 гг., а также деньги в сумме 4 руб. 20 коп. и холщёвый мешок были отосланы из Добрянки в Петроград в адрес Отдела военного времени Министерства торговли и промышленности. Тут же подчёркивалось, что «записных книжек, ценных и памятных вещей после смерти Богдана не осталось». Что же касается наград, денег и вещей, то, судя по всему, в перспективе они должны были поступить его родственникам Венгрию по адресу «Петросени, Гуньядоро медьи». О смерти рядового военнопленного был извещён даже в Пермский губернский комиссар Б.А. Турчевич. А это, немного-немало должность, соотносимая по уровню с должностями освобождённых Временным правительством от управления царских губернаторов.

На снимках: документы из фондов Пермского Государственного архива Пермского края

---